Экспорт бензина из России будет остановлен уже с апреля — такое решение было принято на совещании в правительстве, узнали «Известия». Эта мера, по мнению экспертов, позволит сдержать рост цен как в оптовом, так и в розничном сегментах. Кроме того, перенаправление объемов на внутренний рынок особенно актуально в связи с началом посевной кампании, а также скорым стартом летнего автомобильного сезона. О том, чего ждать от топливного рынка в ближайшее время, — в материале «Известий».
Какие решения были приняты в кабмине
Вице-премьер Александр Новак поручил Минэнерго подготовить проект постановления о запрете экспорта бензина с 1 апреля 2026 года. Об этом сообщили в правительстве по итогам совещания, посвященного ситуации на внутреннем рынке нефтепродуктов. Мера направлена на стабилизацию цен и приоритетное обеспечение внутреннего рынка топливом. В кабмине также отметили, что особое внимание уделяется задаче, поставленной президентом РФ, — не допустить роста цен на топливо внутри страны выше прогнозных значений.
По данным источника «Известий», знакомого с ходом обсуждения, запрет может продлиться как минимум до конца июля.
Вице-премьер Александр Новак 25 марта на коллегии Минэнерго подчеркнул, что в условиях мирового энергетического кризиса бизнесу и регуляторам необходимо в «кратчайшие сроки» принять меры для стабильного обеспечения внутреннего рынка и сохранения цен на топливо на АЗС.
— Она (задача. — Ред.) непростая, сложная, и это прямо очень срочно, — сказал он.
А днем позже, 26 марта, глава «Газпром нефти» и председатель Общественного совета при Минэнерго Александр Дюков в кулуарах съезда РСПП заявил, что в России необходимо ввести полный запрет на экспорт бензина сроком на два–три месяца, чтобы предотвратить его вымывание на внешние рынки.
«Известия» направили запрос во все крупные нефтегазовые компании и Минэнерго.
В чем причины и чего ждать российскому рынку
В России до конца июля действует запрет на экспорт бензина только для непроизводителей, тогда как крупным нефтяным компаниям экспорт по-прежнему разрешен.
По информации «Известий», совещание у вице-премьера в правительстве, на котором планировалось рассмотреть запрет на экспорт топлива на среднесрочную перспективу, было назначено еще на 10 марта. На него были приглашены представители нефтяных компаний и профильных ведомств. Кроме того, согласно повестке (есть в распоряжении «Известий»), участники должны были обсудить обязательный объем продаж топлива на уровне 1% от производства в мелкооптовом сегменте, а также возможные изменения параметров демпферного механизма.
По словам заместителя председателя комитета Госдумы по энергетике Юрия Станкевича, сегодня вопросам долгосрочного планирования отводится второстепенная роль.
— Затянувшееся катание мировой политики на американских горках переводит многие национальные правительства в режим ручного управления экономикой. Россия не исключение. Обсуждаемые ограничения экспорта бензина вновь подтверждают приоритет национальной энергобезопасности над остальными вопросами, пусть и очень чувствительными, — считает депутат.
Каким был рынок топлива накануне решений
С начала года биржевые цены на топливо в России в среднем выросли примерно на 20%. Так, стоимость бензина марки АИ-92 увеличилась с 54 673 до 66 940 рублей за 1 т (+22,43%), АИ-95 — с 59 003 до 70 620 рублей (+19,68%), а летнего дизеля — с 54 552 до 64 453 рублей за 1 т (+17,15%), свидетельствуют данные торгов Петербургской биржи.
Розничные цены при этом, согласно данным Росстата на 23 марта, выросли таким образом: на 2,8%, до 63,02 рубля, за литр АИ-92%; на 2,7%, до 68,43 рубля, за литр АИ-95 и на дизельное топливо — на 1,8%, до 77,6 рубля.
С начала года была увеличена ставка НДС, а также выросли акцизы на топливо примерно на 5%. Так, акциз на бензин пятого класса увеличился с 17,088 тыс. до 17,959 тыс. рублей за 1 т, а акциз на дизельное топливо — с 12,12 тыс. до 12,738 тыс. рублей.
При этом наиболее заметный рост цен пришелся на период после начала обострения ситуации в Персидском заливе. С марта бензин марки АИ-92 подорожал на 12,95%, АИ-95 — на 12,67%, а летний дизель — на 15,1%.
По словам доцента Финансового университета при правительстве Валерия Андрианова, в настоящее время свою роль играет психологический фактор.
— Крупные независимые АЗС и промышленные потребители видят, что конфликт на Ближнем Востоке приобретает затяжной характер, и поэтому опасаются дальнейшего роста цен на нефть и нетбэка на нефтепродукты. Поэтому пытаются закупать горючее впрок, что при ограниченном предложении толкает стоимость вверх, — отметил эксперт.
По состоянию на 27 марта 2026 года индекс экспортной альтернативы, по данным «НААНС-МЕДИА», приблизился к 60 тыс. рублей за т, тогда как средняя цена нефти в феврале 2026 года составила 23 тыс. рублей за 1 т.
Гендиректор «Независимого аналитического агентства нефтегазового сектора» Тамара Сафонова отмечает, что цена на бензин на европейском рынке за период с 27 февраля по 27 марта возросла с $720 до $1070 за 1 т, или на 48%, а на дизельное топливо — с $760 до $1400 за 1 т, или на 84%.
— В отличие от синхронизированного роста стоимости нефтепродуктов вслед за ценой на нефть на мировом рынке, в России работают механизмы субсидирования, включая выплаты демпфирующей компоненты. Поскольку в марте наблюдается значимый разрыв между экспортной стоимостью нефтепродуктов и установленной внутренней ценой, этот механизм позволит позволит обеспечить приемлемые цены на внутреннем рынке на фоне разрастающегося ближневосточного кризиса, — отметила Тамара Сафонова.
Что ждать от рынка дальше
Решение о возобновлении запрета на экспорт топлива вполне закономерно: в последние недели стремительно растут цены на нефть и нефтепродукты, что может спровоцировать «вымывание» горючего с внутреннего рынка, полагает Валерий Андрианов из Финансового университета при правительстве.
— Сейчас действует запрет на экспорт бензина и дизеля для непроизводителей, поставлять его за рубеж могут только те компании, которые имеют свои НПЗ и производят топливо. Но растущая маржа может привести к росту так называемого серого экспорта. Данное явление существует и сейчас, но его масштабы сравнительно малы: по оценкам, до 1,5% дизтоплива умудряются всё же продавать за рубеж перекупщики, а не сами НПЗ. Введение же полного запрета существенно облегчает контроль, закрывает эту лазейку, которая в противном случае могла бы расшириться, — полагает собеседник.
Он считает, что запрет экспорта позволит сдержать рост цен как в оптовом, так и в розничном звене. По его мнению, перенаправление объемов на внутренний рынок особенно актуально в связи с началом посевной кампании, что приводит к росту спроса на дизель, а также со скорым стартом летнего автомобильного сезона.
— Запрет на экспорт уже стал традиционной мерой сдерживания ценовой динамики в весенне-летний период, и, скорее всего, к этой мере пришлось бы прибегать даже в том случае, если бы не произошел ценовой коллапс на мировом рынке. Ситуация на отечественном топливном рынке за последний год качественно не поменялась, — отметил Валерий Андрианов.
При этом, по его словам, в России не снижается уровень рисков, связанных с временными приостановками поставок с ряда НПЗ. Чтобы снизить последствия для рынка и не допустить дефицита топлива, лучше попридержать экспорт.
По мнению управляющего партнера компании «ВМТ Консалт» Екатерины Косаревой, российский топливный рынок находится в выигрышной позиции, несмотря на затяжной характер ближневосточного конфликта.
— Меры, которые сегодня предпринимает кабмин, носят скорее перестраховочный характер. Несмотря на прошлогодние повреждения отечественных заводов, отрасль смогла справиться с вызовами. В перспективе розничные цены останутся в пределах инфляции, — сказала Екатерина Косарева.
Отмечая устойчивость внутреннего топливного рынка в течение последних четырех лет, депутат Юрий Станкевич призвал прекратить «разговоры о снижении роли топливно-энергетического комплекса в нашей экономике».
— ТЭК — не дойная корова, а локомотив для других отраслей. Осознание этого — ключ к успеху при подготовке правительством регуляторных решений в сфере бюджетной, налоговой, инвестиционной и денежно-кредитной политики, — отметил он.
В компаниях нефтяной отрасли остроту момента прекрасно понимают, считает депутат.